Аллен. БАКТЕРИИ И ИХ ОТНОШЕНИЕ К ПАТОЛОГИИ

БАКТЕРИИ И ИХ ОТНОШЕНИЕ К ПАТОЛОГИИ
Еще одна доктрина, появившаяся в последней четверти века и ставшая своеобразным приложением к патологическим школам меди­цины — доктрина о микроорганизмах, которая некоторое время грозила поглотить динамическое учение Ганемана о том, что болезнь есть рас­стройство жизненной силы организма.

Но со временем все встало на свои места, так как действие этих многообразных форм бактерий подчиняется действию того же самого закона природы, а именно закона подобия, а также закона динамическо­го воздействия. Гомеопатическое лекарство охватывает все проявления болезни, не имеет значения, какова ее первопричина, пусть даже это микроорганизмы, и, как только жизнедеятельность организма восста­новлена и жизненная сила обретает равновесие, микроорганизмы боль­ше не могут продолжать свое существование в нем.

Таким образом, мы знаем, что существование бактерий выражает степень нарушения жизненной силы организма. Да, они могут сущест­вовать в организме, до поры до времени никак себя не проявляя, так же, как и основа их существования — миазмы — могут существовать в латентном состоянии. Да, нередко самостоятельно они способны вызвать заболевание как раз потому, что продукты их жизнедеятельности пред­ставляют собой токсичные элементы, идентичные токсичным продук­там деятельности миазмов. Даже питательная среда бактерий представляет собой продукты миазматической деятельности, поэтому они обла­дают такой же болезнетворной силой и такой же динамической способ­ностью поражать жизненную силу, и то, что верно в отношении хронических миазмов, верно и в отношении миазмов острых. Таким образом, то, что мы говорим о хронических миазмах, касается также и острых, когда речь идет о способности вызывать патологические состояния.

Представители физико-химической медицинской школы сразу же приняли учение д-ра Коха и его коллег, причем с большим энтузиазмом, т. к. искренне полагали, что медицине наконец-то удалось открыть метод, позволяющий установить истинное целебное средство и достичь, таким образом, полного излечения болезни. Однако они ошиблись, как и мно­гие другие ученые до Ганемана или после него, потому что есть только один путь изучить болезнь, и он был определен Ганеманом: болезнь — это нарушение нормальной деятельности жизненного начала, которое не только оживляет организм, но также управляет всеми процессами жизнедеятельности. Отрицают ли современные ученые существование жизненной силы, оживляющей человеческое тело, управляющей и сооб­щающей ему целостность? «Да, — заявляют они, — в основе жизнедея­тельности лежат химические преобразования и только. Ничего помимо этого мы не обнаруживаем». Но возможно ли обнаружить искру жизни в химических процессах? Разглядеть жизненное начало в химических про­цессах невозможно, как невозможно увидеть гравитацию. Его нельзя увидеть или осязать, поскольку оно не принадлежит к сфере материаль­ного, а органическая химия возникла и существует на основе жизненного динамического начала. Когда мы принимаемся изучать ту или иную нау­ку, мы, в первую очередь, должны обратить внимание на закон природы, управляющий ею, и нам не следует пытаться применить эту науку на практике, если такой закон не обнаруживается. Когда мы изучаем бакте­рии в их связи с патологическим процессом или же пытаемся применить бактериальные средства для лечения болезни, мы также должны руково­дствоваться законом природы. Однако существуют отчаянно дерзкие экс­периментаторы, пытающиеся применять такие токсичные вещества, как Tuberculinum, Vaccininum, Diphtherinum и многие другие коммерческие препараты, употребляемые в современной серотерапии, без какого бы то ни было закона или принципа. Вместо того, чтобы положить в основу исследовательской работы реальные законы природы и индуктивный метод доказательства, они сначала сочиняют теорию, а затем прилагают все усилия к тому, чтобы дать этой теории опытное обоснование. Таким образом, обнаружив в очередной раз некую бациллу, эти последователи эмпиризма немедленно представляют ее в качестве causa morbi и заяв­ляют, что для излечения болезни требуется уничтожить данную бациллу. Я лишь схематично обрисовал вам ситуацию, повсеместно сло­жившуюся в аллопатической медицине в последние двадцать лет, но подобные меры ни в малейшей степени не способствовали снижению смертности или же уменьшению численности больных. Оспа становится все более распространенной, приобретая характер эпидемического заболевания, участились также и случаи заболевания туберкулезом. Газеты ежедневно публикуют сообщения о случаях смерти несчастных, ставших жертвами этих ненаучных и неоправданных эмпирических методов, не говоря уже о тысячах других людей, чье здоровье было по­дорвано и истощено этими токсичными препаратами, этими переродившимися животными ядами, которые ослабляют нацию и многократ­но увеличивают болезни. Перечислю только некоторые из опасных состояний, которые могут возникнуть вследствие применения вышеуказанных препаратов: разнообразные кожные сыпи, злокачественные бо-лезни, сердечная недостаточность, постдифтерийный паралич, различ­ные нарушения обмена веществ, туберкулез и другие патологические состояния, которые многие врачи часто упускают из виду при лечении больных. Зафиксированы даже летальные исходы.

Существует же фундаментальный закон природы, регулирующий жизнедеятельность и здоровье, закон, управляющий болезнью, и за­кон, обеспечивающий излечение. Почему же ученые не желают увидеть и признать эти законы и эти принципы и попробовать применить их на практике ради безопасности и блага ближнего своего? Только потому, что в этом случае все их хитроумные теории как нынешнего, так и прошлого веков рухнут и всему миру откроется, что они никакие не ученые и что не закон руководит ими. Дьявол восстает, когда люди пы­таются действовать в соответствии с законом. У этих ученых слишком поверхностный взгляд, поэтому они не способны увидеть этот пороч­ный процесс, это болезнетворное динамическое начало (миазм), и по­тому болезнь остается неразгаданной тайной для всех, кто не является последователем учения Ганемана.

Эта невидимая динамическая сила (миазм) определенным образом внедряется в организм каждого нерожденного ребенка и нередко про­является столь ощутимо, что подвергает разрушению еще не рожден­ный, формирующийся организм или же изгоняет его из утробы матери. Эта разрушительная сила стремится преодолеть и сломить сопротивле­ние защитных сил организма, извратить внутренние биологические процессы, вызывая изменение функций и процессов жизнедеятельности на всех уровнях, вплоть до клеточного. Она сообщает еще не сформи­ровавшемуся плоду в утробе матери тот принцип неправильной клеточ­ной деятельности, который после рождения ребенка проявляется раз-личными патологическими процессами, в том числе и туберкулезными, в их разнообразных формах: явно выраженными или же скрытыми, протекающими латентно, функциональными или патологическими (структурными). Причину этих нарушений мы обнаруживаем в слиянии двух хронических миазмов, Psora и Lues. Это также объясняет нам, почему болезнь поражает одного человека, но не трогает другого, поража­ет одну семью, но обходит стороной другую. Объяснение сводится к следующему выводу: единственным и решающим фактором, опре­деляющим деятельность и развитие болезни в каждом индивиду­альном случае, является фактор унаследования вышеуказанных хронических миазмов. Только эти миазмы способны вызвать патологи­ческие процессы, известные как туберкулез и туберкулезная дискразия. Они не просто создают почву для существования микроорганизмов, как это нам часто приходится слышать, но фактически производят их. Они являются распространителями туберкулезных процессов и туберкулез­ных бактерий в целом.

Атипичная клетка Вирхова при любом заболевании поначалу ни­когда не бывает патологически измененной, сначала всегда изменяется функция, на что указывают имеющиеся симптомы. Таким образом, лег­ко понять, что нарушение нормального функционирования клеток, со временем переходящее в патологию, поначалу всегда бывает лишь функциональным, а функциональное расстройство и появление патоло­гии может разделять любой по продолжительности отрезок времени. У вас может возникнуть вопрос: отчего в одной и той же семье болезнь поражает одного члена, но оставляет в покое другого? Ответ таков: все члены данной семьи являются носителями указанной дискразии, пото­му что они получили ее от родителей, которые также являются носите­лями данных миазмов (либо оба, либо кто-то один); если данные миаз­мы обнаруживаются только у одного родителя, тогда риск заболевания существенно уменьшается. Таким образом, очень часто бывает, что в одной и той же семье мальчики оказываются свободными от туберку­лезных заболеваний, тогда как девочки заболевают ими еще в раннем возрасте. Однако во многих случаях болезнь сдерживается естествен­ными защитными силами организма и другими обстоятельствами, спо­собствующими укреплению здоровья и жизненных сил, такими как физкультура, благоприятный климат, правильное питание, прогулки на свежем воздухе и т. д.

Только тогда, когда миазм произвел нечто, что патолог признает за истинную болезнь, к тому же, если это миазм Psora или Sycosis в тре­тичной стадии развития, врач либо вовсе не видит связей между пато­логическими процессами, либо не способен их понять.

Каждый врач способен распознать деятельность жизненной силы в ритмах сердца, дыхательных движениях, в явлениях кровообращения, в формировании клеток, однако мы не способны четко увидеть, что бо­лезнь — это нарушение нормальной деятельности все той же жизнен­ной силы, до тех пор, пока это страдание не проявится материально в виде патологических изменений.

Профессор Вирхов, создатель клеточной патологии, выдвинул тео­рию о том, что структурные (патологические) изменения начинаются в клетке. Это, вне сомнения, так, ибо клетка является структурной едини­цей живой материи, а тело состоит из клеток, т. е. из множества струк­турных единиц.

Но как ученые ученого мы обязаны спросить и выяснить следующее (хотя сей ученый муж уже покинул этот мир): что повлияло на эту малую структурную единицу, т. е. клетку, что привело к нарушению ее деятель­ности? Каким образом заболевают клетки, когда в большинстве случаев чля этого нет никакой внешней видимой причины? Отчего погибают, сокращаются в численности или, наоборот, умножаются клетки крови? Почему в определенных случаях клетки скапливаются, нагромождают­ся и образуют опухоли и патологические новообразования? Другими словами, какая сила стоит за нарушением деятельности клеток, за на­рушением процессов жизнедеятельности в той или иной пораженной части тела? «Бактерии», — ответят мне. Тогда продолжим наше рас­следование и спросим: каков источник происхождения этих бактерий? Какова основа их существования? Следует ли нам дожидаться ответа, или, может быть, данный вопрос не имеет ответа? Может быть, они пе­редаются наследственным путем? Имеют доисторические корни?

Профессор Вирхов говорит: «Нет». В своей вступительной речи на конгрессе, посвященном туберкулезу, проходившем в Берлине 27 мая 1899 года, он заявил перед собравшимися, что «доказательств, под­тверждающих, что туберкулез — наследственная болезнь, не сущест­вует, ибо я за все эти годы моих исследований под микроскопом так и не обнаружил признаков присутствия туберкулеза в организме неро­дившегося ребенка». Правда, профессор Вирхов признал, что, родив­шись, ребенок может в любой момент приобрести это заболевание.

Я хотел бы спросить моих читателей: подтверждает ли это ваш собственный опыт? Существует ли какая-либо гарантия того, что дан­ное заболевание не возникнет у человека или, напротив, возникнет в будущем? Подтверждает ли это теорию Ганемана, соответствует ли опыту человечества, истории развития туберкулеза в роду человече­ском? Сила, определяющая деятельность клетки, представляет собой невидимую сущность, которую д-р Вирхов не сумел распознать, и ни один материалист не сумеет этого сделать, так как подобного рода явления недоступны для восприятия материалиста. На этом д-р Вирхов прекратил свои исследования, великий же Ганеман, напротив, углубил поиски, пока, наконец, не обнаружил жизненную силу. Удивительная и одновременно доступная философия Ганемана, его глубокий анализ, замечательные исследования позволяют нам сделать четкие обобщаю­щие выводы, всеобъемлюще, со всех сторон охватывающие проблему и обеспечивающие четкую систематизацию различных патологических проявлений, обнаруживаемых в ходе развития болезни, которые иначе, без его указаний, были бы для нас непонятны.